Снимая маски: Антон Лирник о том, почему стендап — искусство одиночки

Антона Лирника старшие из вас знают по КВН, миллениалы — по дуэту имени Чехова, а увидеть его выступление сейчас можно на стендапах по всему миру. В том числе и в Испании: 27 марта в Торревьехе и 28 марта — в Валенсии.

La Cotorra поговорила с Антоном о юморе в КВН, юморе в стендапе и юморе после войны. 

Уважаемый Антон, Вы сценарист, поэт, ведущий, продюсер, режиссер и стендапер. Какая из этих профессий вам ближе всего, а что пришлось отодвинуть на второй план?

Для меня главное, что я сценарист. Даже, скорее, писатель, в более широком смысле слова. Больше всего мне нравится искать новые идеи и писать тексты.  Показать нового героя в ситуации, о которой до этого я и не думал. И, конечно, главное — это истории. Больше всего в жизни я мечтаю просто придумывать истории и делать их интересными для широкой аудитории. Только этим бы и занимался. А все остальное выросло из сценариев, ведь, когда ты пишешь для команды КВН, часто так случается, что актер не может правильно произнести твой текст. Или он заболел. И вот тебе приходится выходить на сцену, заменять его. А там, не успеешь оглянуться, а ты уже выступаешь в составе дуэта имени Чехова, как и произошло у меня.

Стендапером стать было органично, потому что это и есть самый прямой путь для автора. Так легче всего найти свою аудиторию — ты просто придумываешь истории, а потом выходишь на сцену клуба и рассказываешь их. Между тобой и зрителями минимальное количество посредников, а это — самая приятная часть профессии стендапера.

Ваша биография — по сути, и есть новейшая история юмора в постсоветских странах. Вы начинали с КВН. Чему он вас научил, а от каких КВН-привычек потом пришлось избавляться?

Пожалуй, главное, что мне дал КВН — умение работать в команде, это мне пригодилось неоднократно. Не всегда эта команда была идеальной, и это тоже важный урок, что ты не всегда  будешь работать с людьми, лучшими во всем. Тогда тебе надо  просто самому вкладывать огромное количество сил, чтобы команда все равно работала. А плохое? Наверное, КВН приучил слишком сильно полагаться на мнение редактора, какого-то продюсера. Это всегда было частью нашей работы, над нами всегда стоял какой-то редактор или продюсер.  Если это был хороший редактор, он старался минимально влезать в наше творчество. Но такое происходило крайне редко: чаще всего редактор привносил свое чувство юмора и свой взгляд на мир в то, что мы делали. Пришлось учиться отстаивать свое мнение. Наверное, нужно пройти путь ученичества, чтобы потом обрести свой голос. И, уже имея за плечами опыт, сказать – нет, я имею право на свое мнение и на свой собственный авторский голос. 

В чем главное отличие жанра стендап от КВН? Что оказалось радикально новым лично для вас?

Главное отличие — большая самостоятельность. Стендапер один на сцене, никого за спиной, никого рядом. Ты один отвечаешь за то, насколько довольным зритель уйдет с концерта. Это максимально самостоятельная работа. Даже если тебе помогали какие-то авторы, они остались за кадром, и теперь только ты отвечаешь за то, получится у тебя этот концерт или не получится. Это и минус, и плюс. Если ты успешен, то и успех принадлежит только тебе одному, и ни у кого не вызывает сомнения тот факт, что ты достойная творческая единица. А еще отличие в том, что ты можешь меньше играть, меньше придумывать масок. В стендапе чем ты более искренен, откровенен и чем более личные вещи открываешь людям, тем легче находишь отклик в сердцах зрителя.  Это невероятно работает на успех. И в этом очень большое отличие от КВН.

Ты снимаешь маску и становишься собой. Ну и показываешь людям, что ты умный, смешной, интересный, и то, что ты чувствуешь, откликается в сердцах многомиллионной, я надеюсь, аудитории.

Каждый человек считает, что у него прекрасное чувство юмора. Как проверить это утверждение в домашних условиях?

Боюсь, что чувство юмора — очень субъективная вещь. И проверить можно только процентом людей, которые смеются над вашими шутками в каждой конкретной аудитории. Если большая часть смеется — у вас классное чувство юмора. Если смеется меньшинство, значит, к вашему чувству юмора есть вопросы. Или есть вопросы к вашему чувству вкуса. Или, еще один вариант — к тому, как вы выбираете аудиторию для своих шуток. 

С чего начать стендапить, например, в зрелом возрасте? Что вы могли бы порекомендовать тому, кто мечтает себя попробовать в этом жанре?

Стендап можно начать делать в любом возрасте. Секрет, наверное, один, самый большой: нужно придумать первые шутки, первые пять минут своего выступления, прийти и записаться на любой открытый микрофон в любой стендап-клуб. Выступить там. И потом повторить это десять раз. В процессе вы познакомитесь с другими такими же стендаперами, если они вам понравятся, наверняка вы подружитесь. Найдете себе comedy buddy (друзей по стендапу), будете вместе собираться, помогать друг другу, дожимать шутки, поддерживать друг друга. Дальше все запустится. Но для этого всего нужно первый раз выйти и выступить самостоятельно.

Как изменилось значение смеха, юмора, сатиры после начала войны?

Наверное, юмор был всегда в нашей жизни. Как и войны были всегда в нашей жизни. Просто раньше эти войны были далеко от нас, или географически, или по времени, да и эмоционально. И сейчас эти войны коснулись нас близко. Наши близкие, самые близкие люди страдают, и мы страдаем. Война — это катастрофа. А юмор? Наверное, у него две функции, и они противоположны. Первая — это высмеивать войну и все то плохое, что есть вокруг нас. Высмеивать для того, чтобы дать нам силы с этим сражаться. А второе — отвлекать нас от катастрофы, которая происходит вокруг. Дать нам возможность выдохнуть и попытаться забыть хотя бы на час, два часа концерта о том, какие чудовищные вещи творятся сейчас. Иногда я занимаюсь первым, иногда вторым. Иногда тем и другим вместе. 

Как выглядит валенсийская стендап-сцена? Это ранний Киев, ранний Comedy Club или другая модель? Видите ли вы эволюцию?

Стендап Валенсии сейчас не похож ни на что, потому что КВНом и стендапом всегда занимались люди, у которых было много свободного времени. В основном все развивали студенты, которые могли позволить себе отдавать этому увлечению очень много времени и постепенно превращать его в работу. К сожалению, здесь таких людей очень мало.

Ты приехал сюда, и ты работаешь, чтобы выжить, и у тебя не так много сил и свободных часов, чтобы заниматься стендапом. Поэтому в Европе украиноязычный и русскоязычный стендап — это в основном люди, которые уехали, которые состоялись как стендаперы где-то у себя на родине, и приехали сюда продолжать деятельность.

Для нас для всех это новый, ни на что не похожий опыт. В Валенсии это плюс-минус четыре профессиональных комика и несколько начинающих, которые пишут новые материалы очень редко. 

За КВН пришел стендап. Какой формат придет за стендапом? Есть ли у стендапа потолок и признаки усталости жанра?

Думаю, что все жанры имеют тенденцию повторяться, потом умирать и возрождаться снова и снова.  Дело тут не столько в жанре, сколько в мастерстве того, кто этим жанров владеет. Клоунада никуда не делась, театр будет всегда. Что касается КВН — это была исключительная форма, построенная на наследии эпохи СССР, эпохи самодеятельности. Как раз с самодеятельностью все сложнее и сложнее, потому что капитализм к ней не располагает. Человеку сейчас легче выступать одному или вдвоем, а собрать команду из двухсот человек и ездить по фестивалям, куда приедут такие же сумасшедшие, и тоже с командами по двести человек? Ну, такое сейчас себе сложно представить. Поэтому с КВН все будет хуже и хуже, а жанр одиночек будет преобладать. Но я думаю, что театральная комедия переживет нас всех и будет продолжаться всегда. Стендап навсегда останется младшим братом театральной комедийной истории.